"......Но то ли Путину кто-то объяснил, то ли он сам понял, что власть в России нельзя не то что на полгода, но и на полчаса отдать. Тогда поиски продолжились. Например, Путин заявил на съезде «Единой России» о том, что при хорошем президенте может стать премьером. Потом он ни разу этого не повторял. Потому что премьер в России — человек, которого выгоняет президент. Он нужен для битья и прочих государственных надобностей, если перефразировать Горького. Не уверен, что заявление Медведева было согласовано с Путиным. Это может быть его первым блистательным шагом в политической игре. Он благодарит начальника и одновременно избавляется от главной угрозы для себя — свободно гуляющего Путина, который давит на президента со стороны как «национальный лидер». Что это такое, кстати? На итальянский это можно перевести как «дуче», на немецкий — «фюрер». Но в Конституции таких фигур не предусмотрено...."
Взято из газеты "Ведомости"

Скорее всего, будем наблюдать и до и после выборов некую ситуацию, в которой Медведев будет «расти под Путиным», а Путин, находясь на неважно какой должности, будет смотреть, как Медведев справляется. У Путина при этом останутся в рукаве все варианты: от регентства до ухода в международные организации. Эта ситуация будет устраивать и бизнес, и избирателя, и Запад. Но не очень долго.... и все закончится вариацией на тему канцлерства.

Статья не моя. Но вызвало любопытство...

"...Недавно попросили меня рассказать, как видится политическое будущее России с точки зрения концепций теоретической истории и макросоциологии, которыми издавна занимаюсь. Готовясь к выступлению, я стал работать с привычными моделями трендов, контуров роста и деградации, схемами «вызов-ответ», понятиями социального и человеческого капитала, базовых факторов социальной динамики, межэлитного конфликта, уровня коллегиально разделенной власти, закономерностей развития символических комплексов политической культуры, российских исторических циклов, системных трансформаций и проч. Эти модели, как правило, рассчитаны на объяснение и прогнозирование явлений в масштабе 5-10, 30-50 лет и более.

В процессе работы возникла вдруг простая и трезвая мысль: никому ведь это не надо и не интересно, кроме меня самого и узкого круга коллег. А спрашивать будут только одно: «если уж прогнозируете в области политики, то и скажите нам: кто будет нашим президентом после 2008 года?»

Тут и возник спортивный интерес. Можно ли, живя далеко от Москвы, не имея никаких специальных связей с действующими политиками, пользуясь только общедоступной информацией, распознать, если не точный ход предвыборных кампаний и выборов ближайшего года, то, по крайней мере, имеющиеся планы этих политических действ, их общий контур, наиболее вероятные персоналии и ближайшие последствия?

Этот интерес вырос еще больше, когда посмотрел, что пишут обозреватели, аналитики, политологи про выборы 2008 г. В подавляющем большинстве текстов пространные рассуждения и гипотезы, в конце концов, сходятся к одним и тем же вопросам, на которые ответа так и не дается:

·        Останется ли В.В.Путин на третий срок? принудит ли его к этому т.н. «партия третьего срока»?

·        Если не останется, то кого же именно он назначит себе в преемники?

·        Этот преемник будет из уже известных кандидатов (С. Иванов и Дм. Медведев) или появится новая фигура?

Возникло даже впечатление умело подогреваемой кампании, систематического возбуждения общественного любопытства, граничащего с почтительным восторгом перед самим таинством власти, и конечно же, перед теми, кто держит в руках нити, управляющие будущей судьбой государства и страны.

Вместе с тем, учет наиболее очевидных предпосылок, интересов, структурных ограничений, уже осуществленных действий показал, что на все указанные вопросы можно довольно обоснованно дать весьма простые ответы. Более того, они оказались на удивление тривиальными и даже общеизвестными. Великое таинство власти оказалось секретом Полишинеля.

Удивившись такому неожиданному результату, я провел более тщательный поиск в Интернете и обнаружил, что мои выводы полностью подтвердились. В январе-феврале этого года, похоже, принципиальный план будущих выборов был утвержден на высшем уровне. Тогда же в феврале сведения об этом просочились вовне и даже были опубликованы в одном не очень известном аналитическом журнале. Зато все мои попытки обнаружить последующие «круги на воде», отклики, реакции, комментарии провалились. Начиная с марта-апреля вновь пошла дымовая завеса, напускающая таинственность и будирующая подданнический трепет перед Волей Того, Кто Назначит.

Прежде чем познакомить читателя с результатами прогноза, сделаю два замечания: политическое и методологическое.

Первое касается мотивов данной публикации: ну хочет власть подогреть интерес и напустить туман таинственности, зачем ей мешать? Дело в том, что политическое будущее России (особенно в среднесрочном и долгосрочном планах) напрямую зависит от политического взросления общества, а это взросление предполагает ясный и трезвый взгляд на вещи, не допускает тумана мифов и должно преодолевать манипулирование политическими и (дез)информационными «технологиями».

Методологическое замечание касается надежности моего теоретического анализа и надежности прогноза. Всем интересно, что именно может наука сказать о социальном будущем, но политологи и социологи обычно внятных прогнозов не делают, а если и предсказывают будущее, то крайне расплывчато и многовариантно, чтобы потом никто не смог уличить в ошибке.

С одной стороны, подавляющее большинство этих «экспертов» просто не умеют прогнозировать, не владеют требуемым аппаратом моделей и теорий (следует признать — еще достаточно слабым для таких задач). С другой стороны, они панически боятся ошибиться, потерять репутацию (и заказчиков на «экспертный анализ и прогноз тенденций»).

Я же, не имея заказчиков, потерять их и не боюсь, а больше заинтересован в развитии самой методологии социального и политического прогнозирования. Поэтому пользуюсь максимой крупного (у нас, к сожалению, малоизвестного) социолога Артура Стинчкомба: для социального теоретика лучше сделать ошибку, чем говорить неясно, смутно и быть непонятым. Идея проста: при явно заданных предпосылках и логике обнаруженная ошибка будет способствовать избавлению от иллюзий и неверных представлений, улучшению и развитию теории. При смутности высказываний (безопасной для репутации «экспертов») никакого теоретического развития не происходит. Туман иллюзий и смутность мышления — благодатная почва для манипулирования общественным сознанием и самими «экспертами» — остается.

Итак, мне теперь требуется ясно изложить исходные предпосылки, сделать из них явные логические выводы. Для упрощения изложения воспользуюсь формой вопрос-ответ, причем вопросы пронумерую, чтобы потом удобнее было ссылаться на уже сделанные предпосылки.

 

Вопрос 1. Планируется ли кампания 2008 г. в России как обеспечение честных и справедливых условий для волеизъявления народа — настоящих конкурентных выборов нового Президента РФ, либо как операция с гарантированным результатом?

Ответ не столь прост, как кажется. Наиболее распространенное мнение среди населения: «президентом все равно признают того, на кого укажет Путин». [1] Сам Путин признавался, что думал о проблеме преемника еще с 1999-2000 гг.[2] Можно с уверенностью утверждать, что к решению столь важной задачи Президент со своим ближайшим окружением подошли весьма серьезно и заблаговременно. До сих пор не отмечалось особого доверия высшего руководства страны к «свободному волеизъявлению народа» (достаточно вспомнить о серии поправок к выборному законодательству, переход к фактическому назначению губернаторов, отношение власти к маршам и митингам). Зато множество наблюдателей отмечало привычку этого руководства осуществлять особо важные политические действа как спецоперации. Поэтому исследуем прозрачную гипотезу: президентские выборы 2008 г. также изначально планировались как спецоперация. А к ответу на вопрос 1 еще вернемся.

 

Вопрос 2. Какие компоненты включает спецоперация?

 

Ответ. Даже очень далекий от таких материй человек (как автор этих строк) смело может предположить следующий состав компонентов.

• Детальный пошаговый план с разветвлениями и отступными вариантами.
• Подготовка кадров и обеспечение их надежности.
• Подготовка «почвы» - обеспечение всех необходимых условий для успеха операции, в том числе подготовка условий для отступных вариантов.
• Реализация последовательных шагов операции с контролем результатов и принятием оперативных решений по следующим шагам.
• Информационное обеспечение операции, главную роль в котором играет приемлемое для общества привычное «прикрытие».

 

Вопрос 3. Что такое успех и неуспех операции «выборы президента РФ» для нынешней правящей группировки?

 

Ответ весьма прозрачен, очевиден не только для политологов-аналитиков, но и для неспециалистов. Успех для правящей группировки означает: новый президент будет «из своих», провал же – не только выигрыш «чужого», но даже значительное количество голосов, отданное «чужому».

 

Вопрос 4. Какую следует вести предварительную работу для  обеспечения успеха в рамках планируемой операции?

 

Ответ. Необходимо имеющимися наиболее эффективными средствами (подконтрольными СМИ, особенно государственными каналами ТВ) добиться максимальной популярности для «своего»  преемника, всеми доступными средствами препятствовать популярности «чужих», причем наиболее опасных из них не допустить на выборы.

 

Вопрос 5. Два кандидата в преемники уже хорошо известны и почти ежедневно «раскручиваются» главными государственными телеканалами: Сергей Иванов и Дмитрий Медведев. Ходят слухи, что в свое время может быть указан иной, ныне не такой известный и «раскрученный» преемник. Следует ли доверять этим слухам?

 

Ответ. Нет, не следует. Для «раскрутки» новичка за короткое время понадобятся слишком большие усилия, причем с неизвестным результатам. (Не начинать же «маленькую победоносную войну» как в 1999 г.)  Рейтинги популярности известных кандидатов в преемники уже весьма высоки[3]. Вывод: слухи о могущей появиться «серой лошадке» распущены специально в качестве дымовой завесы, для сохранения напряжения в обществе, во избежание преждевременного переключения лояльности к кандидатам в преемники.

 

(См. анализ сделанных здесь ошибок в конце статьи)

 

Вопрос 6. Какие дополнительные меры будут приняты для  более надежной победы «своего» кандидата в президенты?

 

Ответ. Будут использованы все возможности, прежде всего, общероссийская предвыборная парламентская кампания.

 

Вопрос 7. В чью пользу будет использован ресурс партии власти «Единая Россия»? Почему до сих пор она выражает явного предпочтения к тому или иному кандидату в преемники?

 

Ответ. Пока не было приказа. Поддержит, когда надо и кого надо.

 

Вопрос 8. Зачем тогда была создана «Справедливая Россия» ?

 

Ответ. Первая известная задача – отнять голоса у наиболее организованной и массовой «чужой» партии – КПРФ (и отколовшихся от нее двойников и союзников). Вторая гипотетическая задача – поддержать второго кандидата в преемники.

 

Вопрос 9. Как распределится поддержка Иванова и Медведева по двум партиям власти «Единая Россия» и «Справедливая Россия»? Почему до сих пор этих связок (альянсов) не просматривается? Важно ли, кто кого будет поддерживать?

 

Ответ. Пока альянсы не установлены, поскольку ни один из этих четырех субъектов самостоятельно ничего не решает. Операцией руководят другие, а для них нужно максимально долго сохранить свободу маневра. Наиболее вероятно, что ресурс  «Единой России» будет использован для дальнейшей раскрутки «державного» Иванова, а ресурс «Справедливой России» - для раскрутки Медведева, который регулярно с экрана телевизора выражает глубокую почтительность перед советским прошлым (для коммунистов), но при этом ратует и за «демократию без прилагательных» (для либеральной интеллигенции). Свобода маневра нужна, если вдруг понадобится подпереть административным ресурсом «Единой России» недостаточный отрыв Медведева от «чужих» соперников, либо, если уже достигнутая популярность Иванова понадобится, чтобы подпереть пока еще слабоватую «Справедливую Россию» в борьбе за левый и протестный электорат. На самом деле, совершенно не важно, как руководители операции скомбинируют «альянсы», в любом случае это будет «битва нанайских мальчиков» - театральное представление с использованием только своих актеров.

 

(См. анализ сделанных здесь ошибок в конце статьи)

 

Вопрос 10. На кого же именно укажет Путин как на своего преемника?

 

Ответ отложим. Ведь это важный, запланированный на нужное время шаг операции, чтобы раскрыть его содержание, нужно ответить еще на несколько вопросов.

 

Вопрос 11. Что, прежде всего, важно для правящей группировки («команды») относительно политики того, кто займет президентское кресло после 2008 г.?

 

Ответ. Сохранение власти и собственности, контроля над силовыми и административными ресурсами, над финансовыми потоками за нынешней «командой».

 

Вопрос 12. Что для этого требуется от нового президента?

 

Ответ. Чтобы никого не трогал и ничего не менял по существу (см. ответ на вопрос 11), чтобы сохранял лояльность и послушность тем, кто доверил ему самую ответственную роль в операции.

 

Вопрос 13. С учетом того, что новый президент получит, согласно действующей Конституции, огромные формальные и неформальные полномочия, как можно быть уверенным, что он не воспользуется ими для упрочения собственной власти, для расстановки уже только своих людей и для вытеснения прежней «команды»?

 

Ответ. С одной стороны, должна быть надежно обеспечена его послушность при сохранении неформального контроля над главными силовыми и административными ресурсами нынешней «командой» — это главная секретная часть спецоперации «Преемник». С другой стороны, надежно выиграв выборы, он не должен получить чересчур большую легитимность. Дело здесь даже не столько в том, что он посчитает себя вправе проводить самостоятельную политику, не «спрашиваясь у  старших товарищей», а в том, что при слишком большой полученной легитимности, руководители силовых структур, формально присягая новому президенту на верность, могут вдруг сделать это «взаправду», что крайне опасно с точки зрения успеха операции – удержания нынешней правящей группировкой главных властных ресурсов в стране (см. ответ на вопрос 11).

 

Вопрос 14. Что означает «слишком большая легитимность»  при действующем порядке президентских выборов?

 

Ответ. Большой отрыв от соперников в голосах, в пределе – победа в первом туре.

 

Вопрос 15. Как обеспечить высокую легитимность (как внутреннюю, так и международную) самих выборов?

 

Ответ. Явка избирателей должна быть большой, даже при условии отсутствия графы «против всех» и общей уверенности, что при любом раскладе выиграет «правильный» кандидат (см. данные опросов - ссылку на ответ к вопросу 1).

 

Вопрос 16. Что привлечет массового избирателя?

 

Ответ. Интрига. Должно быть не понятно (не совсем понятно), кто именно победит.

 

Вопрос 17. Планируется ли в рамках операции «Преемник» победа «своего» кандидата в один или два тура?

 

Ответ. Если верны ответы на вопросы 13-16, то планируются два тура.

 

Вопрос 18. Согласно плану операции и с учетом исключительной важности ее результата для правящей группировки, можно ли допустить «чужого» во второй тур? Кто войдет во второй тур при успехе операции?

 

Ответ. Если верен ответ на вопрос 5, то Иванов и Медведев. Политологи утверждают, рейтинг Путина настолько высок, что, если он поделит его на двоих и даже на троих, все равно именно его кандидаты выйдут во второй тур, тогда нечего опасаться Зюганова-Жириновского-Касьянова и кого бы то ни было. Но одно дело теория, а другое — привычная практика. Зная привычки нынешней власти к перестраховке, следует ожидать недопущения или, как минимум, очень серьезных трудностей для каждого «чужого» кандидата в президенты, начиная с дальних подступов — регистрации.

 

(См. анализ сделанных здесь ошибок в конце статьи)

 

Вопрос 19. Когда была обеспечена будущая лояльность и послушность кандидатов в преемники?

 

Ответ. Очевидно, еще до «выпуска на беговую дорожку» (назначения первыми вице-премьерами и массированной «раскрутки» в контролируемых СМИ). Иначе был бы риск, что «свой» вдруг станет «чужим» и весьма опасным. Здесь полезно вспомнить роль Сталина для Ленина и Троцкого; Хрущева — для Берии и Маленкова; Брежнева — для Хрущева; Горбачева — для Политбюро ЦК КПСС (особенно, Романова и Лигачева); Ельцина – для Горбачева;  Руцкого, Лебедя, Лужкова и Примакова — для Ельцина; Путина — для Волошина и Березовского. Любые обвинения нынешнего высшего руководства страны в наивности, простодушии, излишней доверчивости и незнании истории российских переворотов нужно с гневом отвергнуть. Отсюда следует, что лояльность была обеспечена своевременно и максимально надежно — с использованием имеющихся средств и методов.

 

Вопрос 20. Как вообще в закулисной политике и спецслужбах обеспечивается «лояльность» (надежная послушность, безусловное подчинение) ставленника тем, кто его ставит?

 

Ответ: Даже несведущий человек легко может предположить следующий веер возможностей, которыми пользуются мировые спецслужбы для решения такого рода задач (упорядочено согласно росту брутальности):

1) зная о моральных и политических установках «фигуранта», убедить его, что только продолжение сотрудничества и неизменная «лояльность» поставившей на него силе («команде») позволит ему осуществлять свои высокие ценности и выполнять свой нравственный долг.

Увы, как политики, так и профессионалы спецслужб, хоть и пользуются этим подходом, но не особенно ему доверяют и обычно подкрепляют каким-то сочетанием следующих способов обеспечения контроля;

2)  устроить «фигуранту» проверку на «лояльность», на отсутствие желания «играть свою игру», дав некие возможности, полномочия и отслеживая поведение;

3) пообещать или предоставить «фигуранту» особо значимые для него и его потомства материальные бонусы (например, долю прибыли в крупных нефтегазовых, оружейных или иных экспортных компаниях), но «подвесить» обладание ими, поставив в жесткую зависимость от будущей «лояльности»;

4) внятно объяснить «фигуранту», что главные центры силы при любом раскладе будут подчиняться не ему, а тем, к кому он должен проявлять «лояльность», здесь эффективным является очное заверение руководителей этих центров силы;

5) собрать или сфабриковать компромат на «фигуранта», спровоцировать на компрометирующие деяния и надежно их задокументировать, дать понять, что, даже обретя большую власть, «фигурант» не сумеет воспрепятствовать их огласке, последующему лишению полномочий и последующим неприятностям в случае проявления недостаточной «лояльности»;

наконец, самый грубый, но действенный способ:

6) прямые угрозы, касающиеся жилища, собственности, членов семьи, личной свободы и самой жизни «фигуранта».

 

Более сведущие читатели политических детективов и истории спецслужб дополнят данный список еще десятком возможностей, и, надо думать, в самих мозговых центрах спецслужб арсенал средств на порядок более развит и проработан. Вместе с тем, вряд ли любые хитроумные изыски выходят за пределы указанного «континнума брутальности»: от нравственного убеждения и «человеческого доверия» через материальный интерес и демонстрацию расклада сил до шантажа компроматом и прямых жестоких угроз.

 

Опять вопрос 10.  На кого же именно укажет Путин как на своего преемника?

 

Ответ. Если верны ответы на вопросы 5 и 17, то планируется два тура и попасть в него должны ныне уже известные кандидаты: Сергей Иванов и Дмитрий Медведев. Если верны ответы на вопросы 15 и 16, то  в целях привлечения народа на выборы до последнего момента должна сохраняться интрига. Если верен ответ на вопрос 19, то  лояльность обоих кандидатов в преемники уже давно обеспечена.[4] Если верна гипотеза относительно жанра и состава операции (вопросы 1-2), то она должна иметь приемлемое привычное прикрытие. Общий вывод: согласно проведенным рассуждениям явного «назначения» преемника не ожидается.

А прикрытие очень простое – это и есть секрет Полишинеля. Поначалу его даже особенно и не скрывали, информация просочилась в открытые источники. [5]

Новый ответ на вопрос 1. Дилемма «конкурентные выборы или заранее спланированная спецоперация» оказалась неверна. Проводится именно спланированная спецоперация с целью «вывести во второй тур только своих, чья ‘лояльность’ надежно обеспечена, поставить заслон чужим», а прикрытие — те самые «свободные конкурентные выборы» с интригой неопределенного результата для привлечения избирателей. Вероятно, в нужное время (скорее всего, перед вторым туром) на главных государственных телеканалах будет сказано в тех или иных словах примерно следующее. «И почему это вдруг вообще говорят о каком-то назначении преемника? Разве вы не знаете, что у нас действует диктатура закона. Основной же закон нашего государства — Конституция, а согласно Конституции вся полнота власти принадлежит многонациональному народу России! Кого вы сами, дорогие сограждане, выберете, тот и станет следующим законным Президентом Российской Федерации!»

 

Риторически правильно было бы завершить анализ на этой мажорной жизнеутверждающей ноте. Но я не журналист и считаю более важным не элегантность концовки, а ответ на законное любопытство читателей (понятно, что дальнейшие ответы даются с предположением верности проведенных рассуждений).

Вопрос 21. Если все так и будет, то кто же именно победит: Иванов или Медведев? Корректный ответ двойствен: судя по трендам популярности и нынешним массовым предпочтениям  — больше шансов у Иванова.[6] А на самом же деле, при обеспеченной лояльности обоих кандидатов и вероятном сохранении главных властных козырей в руках Путина  и его «команды» — это совершенно неважно.[7] Настоящей интриги НЕТ.

(См. анализ сделанных здесь ошибок в конце статьи)

 

Вопрос 22. Что и в каком направлении изменится после выборов 2008 г.?

Ответ. Ничего особенно и не изменится. Как было, так и будет. При новом, явно менее легитимном и волевом президенте вероятно спорадическое обострение борьбы кланов («кремлевских башен»). Однако, если главные властные козыри (силовые и административные ресурсы) останутся в руках прежней «команды», то слишком явную борьбу заглушат, особо строптивых и амбициозных накажут.

Вопрос 23. Так на благо России и народу будет эта сохраненная стабильность или во вред?

Ответ. В короткой перспективе — во благо (экономическое и социальное развитие не любит политических сотрясений).[8] В долгой (10-15 лет и более) перспективе — во вред.  Дело в том, что каждые выборы — это шанс обновления государственности и институтов, а в сложившихся обстоятельствах (особенно с учетом нынешних массовых умонастроений) этот шанс почти точно будет упущен. Чем это грозит — особый большой разговор[9].

Вопрос 24. Так и будет продолжаться в дальнейшем: вместо выборов – заранее спланированные спецоперации с прикрытием?

Ответ. Попытки правящих групп заменить выборы спецоперациями, как и массированное применение административного ресурса, наверное, будут продолжаться. Однако при отсутствии реального самообновления системы, чем дальше, тем они будут менее успешны, и через 1-2 избирательных цикла приведут к типичным для имитационных демократий волнениям относительно несправедливости выборов,  к политическому кризису[10].

Вопрос 25. Что же делать в такой ситуации тем, кто предпочитает настоящие выборы спланированным спецоперациям?

А вот это уже хороший вопрос для дальнейшего обсуждения.